НОМИНАЦИЯ
Малая проза (рассказы, эссе, новеллы, очерки)
Простая и берущая за душу фраза из военного рассказа «Политрук Коломиец» представителя поколения «Прозы младших лейтенантов», писателя-фронтовика Василя Быкова. Для участия в номинации присылайте свои произведения, которые можно отнести к «малой прозе» — рассказы, эссе, новеллы, очерки.
КАК ПРОГОЛОСОВАТЬ?
Выбирая, кому отдать свой голос, советуем обратить внимание на следующие критерии для оценки конкурсной работы:
Качество текста
Авторский стиль, образность, живость
Соответствие номинации тематическому критерию
Содержательная глубина, досказанность
Личный взгляд
Оригинальность контента
НОМИНАНТЫ
Артём
Будем стоять. Другого не остаётся
В меру строгая, со сдержанной выдержкой, Светлана Викторовна была не только классным руководителем 2 «В» класса, но и тонким психологом, давая первые азы того, как вести себя в обществе.
Александр
Будем стоять. Другого не остаётся
Солнце светило нещадно, словно пытаясь расплавить дорогу и уничтожить на ней все следы прошедших боев. "Неваляшка" шел неспешно. Да и куда было спешить? Он оказался глубоко в тылу врага. Коптеры в этом районе летать не могли, минные поля нацисты здесь не ставили боясь повредить на них свою западную технику.
Александр
Будем стоять. Другого не остаётся
Однажды в штурмовой отряд «Горца» перебросили пулеметчика с позывным «Писатель». Творческий был человек, но — новичок. Во всех смыслах. А человек крупный. Очень крупный.
Павел
Будем стоять. Другого не остаётся
В штабе бригады, а также в импровизированной чайной комнате, сделанной в казарме отряда «Орион», возле телевизора стояла коробка, в ней лежали письма и рисунки от детей со всех уголков страны. «Светлый» вскрыл первый попавшийся конверт. Внутри лежали короткое письмо и маленькая мягкая игрушка, сшитая вручную. Игрушка была выполнена в форме сердца, бордового цвета, с вышитой надписью белыми нитками: «Мы рядом».
Евгения
Будем стоять. Другого не остаётся
Я знала это, ясно чувствовала скорое пришествие беды, словно невидимые грозовые тучи шептали о скором начале грозы. Однако я не верила «глупым предчувствиям», ведь в окно аудитории так ярко светило солнце, обещающее прекрасный день. Уже тогда было поздно. В тот момент, когда я почувствовала холодок, пробежавший ящеркой по позвоночнику, ничего уже нельзя было изменить.
Павел
Будем стоять. Другого не остаётся
В штабе бригады, а также в импровизированной чайной комнате, сделанной в казарме отряда «Орион», возле телевизора стояла коробка, в ней лежали письма и рисунки от детей со всех уголков страны. «Светлый» вскрыл первый попавшийся конверт. Внутри лежали короткое письмо и маленькая мягкая игрушка, сшитая вручную. Игрушка была выполнена в форме сердца, бордового цвета, с вышитой надписью белыми нитками: «Мы рядом».
Сергей
Будем стоять. Другого не остаётся
«…Любая война — это горнило, в котором испытывается дух человеческий. И в этом нещадном испытании обнажается истинная сущность человека. Одни рождены для подвига, их сердца бьются в унисон со славой, другие — для предательства, их души черны от малодушия. Война являет миру величие человека, но не всякий смертный способен соответствовать этому величию. Иные ради своего спасения отвергают истины, другие же пожертвуют своей жизнью, ради того, чтобы жили себе подобные».
Артем
Будем стоять. Другого не остаётся
Эта книга посвящается моим учителям — трудолюбивым и честным людям, которые щедро делились своим опытом, учили меня не только азам искусства хирургии и, в частности, оториноларингологии, но и были и остаются примерами достойного человеческого поведения, самоотверженного служения своей профессии и обществу.
Артём
Будем стоять. Другого не остаётся
В меру строгая, со сдержанной выдержкой, Светлана Викторовна была не только классным руководителем 2 «В» класса, но и тонким психологом, давая первые азы того, как вести себя в обществе.
Александр
Будем стоять. Другого не остаётся
Солнце светило нещадно, словно пытаясь расплавить дорогу и уничтожить на ней все следы прошедших боев. "Неваляшка" шел неспешно. Да и куда было спешить? Он оказался глубоко в тылу врага. Коптеры в этом районе летать не могли, минные поля нацисты здесь не ставили боясь повредить на них свою западную технику.
Александр
Будем стоять. Другого не остаётся
Однажды в штурмовой отряд «Горца» перебросили пулеметчика с позывным «Писатель». Творческий был человек, но — новичок. Во всех смыслах. А человек крупный. Очень крупный.
Павел
Будем стоять. Другого не остаётся
В штабе бригады, а также в импровизированной чайной комнате, сделанной в казарме отряда «Орион», возле телевизора стояла коробка, в ней лежали письма и рисунки от детей со всех уголков страны. «Светлый» вскрыл первый попавшийся конверт. Внутри лежали короткое письмо и маленькая мягкая игрушка, сшитая вручную. Игрушка была выполнена в форме сердца, бордового цвета, с вышитой надписью белыми нитками: «Мы рядом».
Евгения
Будем стоять. Другого не остаётся
Я знала это, ясно чувствовала скорое пришествие беды, словно невидимые грозовые тучи шептали о скором начале грозы. Однако я не верила «глупым предчувствиям», ведь в окно аудитории так ярко светило солнце, обещающее прекрасный день. Уже тогда было поздно. В тот момент, когда я почувствовала холодок, пробежавший ящеркой по позвоночнику, ничего уже нельзя было изменить.
Павел
Будем стоять. Другого не остаётся
В штабе бригады, а также в импровизированной чайной комнате, сделанной в казарме отряда «Орион», возле телевизора стояла коробка, в ней лежали письма и рисунки от детей со всех уголков страны. «Светлый» вскрыл первый попавшийся конверт. Внутри лежали короткое письмо и маленькая мягкая игрушка, сшитая вручную. Игрушка была выполнена в форме сердца, бордового цвета, с вышитой надписью белыми нитками: «Мы рядом».
Сергей
Будем стоять. Другого не остаётся
«…Любая война — это горнило, в котором испытывается дух человеческий. И в этом нещадном испытании обнажается истинная сущность человека. Одни рождены для подвига, их сердца бьются в унисон со славой, другие — для предательства, их души черны от малодушия. Война являет миру величие человека, но не всякий смертный способен соответствовать этому величию. Иные ради своего спасения отвергают истины, другие же пожертвуют своей жизнью, ради того, чтобы жили себе подобные».
Артем
Будем стоять. Другого не остаётся
Эта книга посвящается моим учителям — трудолюбивым и честным людям, которые щедро делились своим опытом, учили меня не только азам искусства хирургии и, в частности, оториноларингологии, но и были и остаются примерами достойного человеческого поведения, самоотверженного служения своей профессии и обществу.
